Кавказ. Выпуск XXIII. Родословное древо тюрков - Абул-Гази Багадур-хан
У Акатай-хана было шесть сынов: старший – Хаджий-Мохаммед, второй – Махмуд, третий – Булад, четвертый – Тимур, пятый – Алла-кули, шестой – Сулейман. Когда Акатай-хан был убит, тогда Хаджий-Мохаммед и Махмуд были в Баг-абаде в Хорасане, а четыре сына были при нем в Везире; они послали к двум братьям известие, что отец их убит. Услышав это, они выступили в поход и своим везирским братьям послали сказать, чтобы и они со своим войском в такой-то день были под Ургенджем. Хаджим-хан, переправясь через реку Аму, переходил через оазис Фатима-хатунь, который на восточной стороне Ургенджа, а братья его выступили с войском из Везиря; Юнус-хан, узнав это, ночью вышел из Ургенджа и убежал в Бухару. Нукеры его не остались при нем; каждый из них ушел, куда вздумал. Сын Юнуса, Касим-султан, отправился вслед за отцом, но сбился с дороги; отец один приехал в Бухару, а сын его, проездив ночь, поутру попал в оброст (ченгель) одной реки, продравшись к нему по густому камышу. С этого времени этот оброст стали звать Хан-ченгель; он находится между Бурлу-кари и Куйгином. Там он пробыл весь тот день. При нем был один человек; Касим сказал ему: «Если мы не достанем откуда-нибудь себе хлеба, то без пищи как нам дойти до Бухары?» Нукер отвечал: «Останься зиесь, а я съезжу в жительство, где никто меня не знает, и привезу оттуда хлеба». Он сел на коня, уехал, поспешил в Ургендж к Хаджим-хану и рассказал ему, что видел. Хаджим-хан послал за Касимом людей; велел им взять его; когда Касим был приведен, Хаджим велел убить его.
Весь род Суфиян-хана погиб; от него не осталось потомства. Дети Кал-хана погибли, от них также не осталось потомства. Дети Аваниш-хана жили в Хорасане, дети Акатай-хана – в Ургендже и Везире, дети Бучага-хана, Иш, Дост и Бурум, – в Хиве, Гезараспе и Кате. Доста возвели на ханство. Дост был человек с качествами, пригодными факиру, дервишу, младший брат его, Иш, был храбр в битвах, не щадил своего имения для нукеров, но был с посредственным умом, с холодностию к мусульманству, с дерзостью беспредельной; постоянным занятием его было волокитство за женщинами и девицами; у него вся забота была высматривать жен и девиц у хороших людей. Эти качества Иш-султана были причиной, что на ханский престол возвели младшего брата его Доста. Иш-султан просил себе Ургендж. «Хива принадлежит моему младшему брату, – говорил он, – а мне дайте Ургендж», но ему не дали его. Иш-султан, взяв войско из Хивы, отправился с ним в Ургендж; вблизи крепости Кум, на месте Джурбюк, Иш-султан расположился станом, и, как у Хаджима силы было много, а у него мало, то он тыл своего войска примкнул к реке, а перед загородил телегами. В продолжение восьми дней происходили между ними битвы; победа не переходила ни на чью сторону.
Иш-султан уйгуров и найманов, взятых им в плен, предавал смерти с жестокими муками; но пленников из других поколений отпускал, наделяя их лошадьми, одеждой. Напоследок они заключили мир. Хаджим-хан возвратился в Ургендж; Иш-султан, по прибытии в Хиву, изгнал из своего войска уйгуров и найманов, а на место их поместил дурбанов. Спустя несколько времени он опять выступил для завоевания Ургенджа. Хаджим-хан с младшими своими братьями вышел против него: войска их расположились между крепостью Тюк и Ургенджем. Иш-султан так же, как и в прежний поход, защитил себя телегами и сражался, не передвигая с собой свою ограду. В продолжение недели они вступали в битвы, но не могли преодолеть один другого. В одну ночь Иш-султан выступил со своим войском из стана, не дав заметить Хаджим-хану, и вошел в Ургендж. В городе не было никого, кроме сартов. Дети Акатай-хановы ушли в Везирь. Иш-султан привел под свою власть жителей Ургенджа; отнял имение у уйгуров и найманов, детей их выгнал в Везирь. Оба враждующих хана оставались в занятых ими местах: тот и другой через послов звали к себе Алий-султана. Алий-султан жил тогда в Нисае; отпустив послов, он выступил с войском и соединился с Хаджим-ханом. Тогда дети Акатай-хана, Алий-султан и Абуль-султан, сын Дин-Мохаммед-хана, который в это время уже не был в живых, все вместе осадили Ургендж; после четырехмесячной осады, на рассвете дня, они, устремясь на крепость, взошли на ее стену. Иш-султан на коне, а нукеры его пешие пошли отбивать врага. При Иш-султане был долго служивший нукер из Дурбанского поколения, по имени Тин-Алий; у него была сестра-девица. Эту девицу Иш-султан обесчестил, за то в душе Тин-Алия всегда крылась злоба на султана. Когда неприятель взошел на крепостную стену и Иш-султан проезжал близ нее, Тин-Алий пустил стрелу в султана и попал ею в хребет коня его; конь взбесился и сбросил с себя султана; он ударился о бревно серединою голени и переломил ее у себя. Нукеры его все разбежались. При нем остался только Хакк-кули Пеглеван, один из хивинских сартов, храбрый и бойкий юноша; Иш-Султан воспитал его при себе и брал всегда с собой, куда ни отправлялся. Хакк-кули поднял султана, лежавшего на месте, где упал, посадил его и стал оправлять ему переломленную ногу, но тогда подошел неприятель. Хакк-кули стал на защиту султана и бился с ним насмерть. Напоследок число неприятелей увеличилось, они его убили, а после и Иш-султана убили на том же месте. Старший брат его, Дост-хан, был в Хиве; послали туда отряд воинов, которые там убили и его. У Иш-султана было два сына; старший назывался Шаг-кули, младший Тагир; их отослали в Бухару; по переезде туда, они оба там померли. Также от троих сынов Бучаги-хана не осталось потомства.
После этих событий в девятисот шестьдесят пятом голу гиджры (1557–1558 г. P. X.), в год коня, на ханский престол возвели Хаджим-хана, которому тогда было тридцать девять лет, и отдали ему Везирь. Города Ургендж, Гезарасп и Кат отдали Алий-султану. В то время уже не было в
